Здравствуйте, Vain, Вы писали:
V>Здравствуйте, VladD2, Вы писали:
VD>>Какие проблемы? У них тоже автоматическое оружие имеется. V>Обычные полицейские, те кто приезжает к гражданам по вызовам, как правило, без какого-то либо автоматического оружия, если нет веского повода.
Обычным ментам вот прям нужно с АК и броником таскаться, чтобы по квартирам ходить да мелочь всякую ловить?
Если намечается что то важное то есть ОМОН, говорить не умеют, а вот успокоить могут. Там и автомат, и броник, и щит, и тренировки на то чтобы рылом в пол быстро класть.
Z>зато другие в школе лучше учили русский язык
Особенно раздел про большие буквы в начале предложений.
Данное сообщение является художественным произведением и освещает вымышленные события в вымышленном мире. Все совпадения с реальностью являются случайными. Не является инвестиционной рекомендацией.
Здравствуйте, Vi2, Вы писали:
K>>На этом графике интересно то, что 90е закончились в середине 2000х. Неожиданно. Интересно что такое произошло в 2005 году. Vi2>Наверное, был убит последний хозяин малинового пиджака.
Один точно выжил:
P>И у тебя есть сравнение этих показателей и их доли начиная с начала века, а еще лучше с 90-х?
Я брал файл из этого раздела Ростата https://www.gks.ru/folder/12781
К сожалению, исторических данных там (в этом разделе) нет. Может ещё где есть, но поиск не находит.
Здравствуйте, bzig, Вы писали:
B>К сожалению, исторических данных там (в этом разделе) нет. Может ещё где есть, но поиск не находит.
Тогда эти цифири ни о чем. Вот если раньше всех этих "Погружение в воду и утопление с неопределенными намерениями" или аналогичных им не было, тогда оно было бы существенным.
Здравствуйте, pagid, Вы писали:
P>Здравствуйте, bzig, Вы писали:
B>>К сожалению, исторических данных там (в этом разделе) нет. Может ещё где есть, но поиск не находит. P>Тогда эти цифири ни о чем. Вот если раньше всех этих "Погружение в воду и утопление с неопределенными намерениями" или аналогичных им не было, тогда оно было бы существенным.
Вот и график убийств ни о чём без полной статистики, когда по статье "Контакт с острым и тупым предметом с неопределенными намерениями" проходит в полтора больше людей.
Отсутствие исторических данных прекрасно укладывается в путинскую рисованную картинку. Нет данных — ври что хочешь.
Здравствуйте, bzig, Вы писали:
B>Вот и график убийств ни о чём без полной статистики, когда по статье "Контакт с острым и тупым предметом с неопределенными намерениями" проходит в полтора больше людей.
"Отравление и воздействие алкоголем с неопределенными намерениями" это тоже такая разновидность убийства?
B>Отсутствие исторических данных прекрасно укладывается в путинскую рисованную картинку. Нет данных — ври что хочешь.
Взгляни вот здесь
На рисунке 1 есть график смертности от неопределенных причин с 1956 до 2010, и основной пик таки в 90-е
Там еще много всего по теме есть. Без истерик.
Здравствуйте, pagid, Вы писали:
P>Здравствуйте, bzig, Вы писали:
B>>Вот и график убийств ни о чём без полной статистики, когда по статье "Контакт с острым и тупым предметом с неопределенными намерениями" проходит в полтора больше людей. P>"Отравление и воздействие алкоголем с неопределенными намерениями" это тоже такая разновидность убийства?
B>>Отсутствие исторических данных прекрасно укладывается в путинскую рисованную картинку. Нет данных — ври что хочешь. P>Взгляни вот здесь P>На рисунке 1 есть график смертности от неопределенных причин с 1956 до 2010, и основной пик таки в 90-е P>Там еще много всего по теме есть. Без истерик.
Хорошая ссылка, спасибо. А ты смотри на 1956, а с 1999 — и там указывается, что увеличивается.
И даже (предположительная) причина называется "перевод смертей из социально значимых разрядов в разряд повреждений с неопределёнными намерениями"
Здравствуйте, bzig, Вы писали:
B>Хорошая ссылка, спасибо. А ты смотри на 1956, а с 1999 — и там указывается, что увеличивается.
Так это увеличение относительное, а не абсолютное. То есть снижается количество смертей от внешних причин, доля ПНН в них увеличивается, но в абсолютных цифрах снижается и количество смертей от внешних причин, и количество убийств и количество смертей от ПНН. Снова к графику на рис.1 отправляю.
Здравствуйте, bzig, Вы писали:
B>Мне-то зачем истерить. Ты ведь по факту Влада и руэкспертов закопал это ссылкой.
Смотри статью по ссылке внимательней.
Здравствуйте, bzig, Вы писали:
VD>>А на фиг нам нужны отдельные случаи? Мы смотрим на общее количество. B>Вот только смотреть надо не на общее кол-во убийств, а на смерти вообще
Вот эта краткая номенклатура причин смерти: https://www.gks.ru/storage/mediabank/prich-smert.docx Она в целом соответствует МКБ-10. Как ты понимаешь (я надеюсь), МКБ никак не разделяет специально насильственные смерти или нет. И в номенклатуре всё, что кодом за 256 (префиксы V, W, X, Y в МКБ-10), идёт как «внешние причины смерти». То есть «погружение в воду и утопление с неопределенными намерениями» — это банальное «утонул», а «воздействие дымом, огнем и пламенем с неопределенными намерениями» — «сгорел» или «задохнулся в дыму».
B>Нормал.
Здравствуйте, pagid, Вы писали:
P>Здравствуйте, bzig, Вы писали:
B>>Мне-то зачем истерить. Ты ведь по факту Влада и руэкспертов закопал это ссылкой. P>Смотри статью по ссылке внимательней.
Так я посмотрел, теперь ты посмотри статью, а не только графики.
Цитаты
В отечественных исследованиях последнего десятилетия доказывается, что высокая пропорция смертности от повреждений с неопределенными намерениями – во многом плод манипуляций со статисткой смертности от внешних причин (явления, названного переводом социально значимых причин в латентную форму).
В России смертность от ПНН достигла масштаба, который компрометирует статистику смертности от внешних причин (прежде всего от таких социально значимых, как убийства, самоубийства, случайные отравления алкоголем) и несомненно заслуживает повышенного внимания.
... Эта разница дает представление о том, насколько сомнительна статистика смертности от убийств в современной России.
По сравнению с другими странами в России отравлений меньше, и среди них преобладают совсем другие виды, а повешений несколько больше. Оба способа смерти, вместе с утоплениями и падениями, гораздо чаще встречаются при самоубийствах, чем при убийствах. Считается [Иванова и др. 2013], что относимые к ПНН смерти, вызванные контактом с острым или тупым предметом, — это убийства, и именно они доминируют в России. Напротив, в 15 странах, несмотря на значительную вариацию в структуре блока ПНН, общим является то, что рубрики Y28-Y29 «Контакт с острым и тупым предметом» занимают очень скромное место.
Таким образом, есть все основания полагать, что вклад убийств в формирование смертности от блока рубрик Y10-Y34 в рассматриваемых странах невелик, а по сравнению с Россией просто ничтожен. И при этом доля ПНН среди остальных внешних причин в России значительно выше и продолжает увеличиваться.
В России предположение, что часть насильственных смертей находится среди неточно обозначенных причин смерти, высказывалось в нулевые годы [Семенова, Антонова 2007]. В настоящее время гипотеза считается подтвержденной, причем, как и в случае с завышением смертности от ПНН, некоторые исследователи полагают, что это манипуляция, цель которой – завуалировать острую проблему высокого уровня смертности от внешних причин [Иванова и др. 2013].
Конечно, не все смерти, попавшие в рубрики неизвестных причин, тем более в старших возрастах, должны относиться к насильственным, а попавшие сюда насильственные смерти должны представлять все группы внешних причин, а не только ПНН. Однако сомневаться в том, что в России в 18-й класс МКБ-10 попадают смерти, которые должны кодироваться в блоке Y10-Y34 (ПНН), тоже нет оснований.
Во-первых, из 13 блоков класса 18, в который входит 99 состояний, фактически используются только 13-й – R96-R99 (в 2012 г. на его долю пришлось более 98% случаев смерти, таблица 3), а чаще всего – только одна из его рубрик. В регионах России и в 2005 г. [Антонова 2007], и в 2010 г. выбор падает на R99 – самую неточную рубрику, часто сопровождаемую записью «Причина смерти неизвестна» [Иванова и др. 2013].
Во-вторых, по сложившейся в настоящее время практике, процессуальные лица, которые определяют причину насильственной смерти, выносят вердикт «род смерти не установлен», а судебно-медицинские эксперты кодируют его как R99, а не Y10-Y34 [Иванова и др. 2013]. Поэтому неслучайно, что блоки класса 18 заполнены так неравномерно. Соматические рубрики пусты, так как их заполняют врачи, которые следуют рекомендации не злоупотреблять этими рубриками чрезмерно [Руководство … 2008: 10; КЗ СПб 1997], а 13-й блок полон благодаря судебно-медицинским экспертам. Наконец, отсутствие в динамике смертности от остальных внешних причин слома в 2000 г. (рисунок 6) косвенно подтверждает, что, во всяком случае в Москве, с 2000 г. именно смерти от ППН стали кодироваться как НОН.
В России рост смертности от НОН и снижение смертности от ПНН были умереннее, чем в Москве, и начались годом раньше (рисунок 7). Разница в один год может быть связана с тем, что именно в 1999 г. Россия перешла от МКБ-9 к МКБ-10, тогда как Москва – позже [Danilova, Meslé, Vallin 2014]. Иначе говоря, случайно или нет, но изменение в кодировании этих причин совпало с переходом к МКБ-10.
Стоит отметить и то, что довольно согласованные изменения смертности от ПНН и НОН после 2000 г. могут свидетельствовать об общих факторах, стоящих за этими изменениями.
«Начиная с 1985 года, темпы роста смертности от повреждений без уточнений опережают темпы роста смертности от убийств, а на российских территориях с минимальными уровнями смертности от убийств, зачастую фиксируются максимальные уровни смертности от повреждений (без уточнений)» [Семенова и др. 2004: 13].
Предположение, что рост концентрации насильственной смертности в блоке ПНН начала 1990-х годов хотя бы отчасти был истинен, высказанное Д. Вассерманом и А. Варником, основывается на собственном опыте работы судебно-медицинским экспертом А. Варника, который возглавлял психиатрическую службу судебно-медицинской экспертизы в Эстонии, и 12 интервью со специалистами в области диагностики и кодирования насильственных смертей. Согласно [Wasserman, Värnik 1998], в советское время смертность от ПНН была поставлена под контроль, и неспособность патологоанатома отнести истинную смерть от ПНН к другим причинам критиковалась, а в случаях, когда нужно было скрыть «лишние» убийства, их кодировали как суициды [Андреев, Жданов, Школьников 2007]. Но уже в ходе горбачевской перестройки выросла степень свободы принятия решений в профессиональной сфере, а после распада СССР контроль и давление на экспертов ослабли, и «искусство» кодирования ПНН стало невостребованным. Похожей точки зрения придерживаются Е.М. Андреев с соавторами [2007], которые рассматривают ослабление в начале 1990-х годов давления на врачей со стороны статистических органов, стремящихся минимизировать неопределенные диагнозы, как один из факторов роста смертности от повреждений без уточнения их случайного или преднамеренного характера.
Гипотеза об ослаблении контроля за учетом внешних причин смерти не противоречит предположению, что взлет насильственной смертности неуточненного рода в постсоветский период связан с ростом смертности от убийств. Одним из факторов этого процесса стал взрыв преступности и резкий рост числа умерших от внешних причин, увеличивший нагрузку на милицию, следственные органы, патологоанатомов и судебно-медицинских экспертов, с одной стороны; их низкая оплата, как и общая скудность материальных и человеческих ресурсов – с другой [Chervyakov et al. 2002; Pridemore 2003; Wasserman, Värnik 1998]. Соответственно при нехватке ресурсов для проведения расследования или экспертизы внешние причины смерти определенного рода кодировались как ПНН [Wasserman, Värnik 1998]. Логично в этом контексте выглядит гипотеза о намеренном искажении статистики смертности, особенно убийств, под давлением местной милиции или властей [Wasserman, Värnik 1998; Pridemore 2003; Värnik et al. 2010]. Но и вынужденные, и намеренные манипуляции возможны при сочетании слабого контроля за действиями врачей и процессуальных лиц с прорехами в организации регистрации насильственных смертей и в ее нормативно-правовой базе. Несовершенство законодательства способствовало росту числа неустановленных повреждений [Андреев, Жданов, Школьников 2007: 118]. Более того, при сложившейся в 1990-е годы системе регистрации насильственной смерти сведения об уровне убийств и самоубийств в статистических управлениях были выше, чем по данным правоохранительных органов, и ниже, чем по судебно-медицинскими данным [Породенко 1999]. Иначе говоря, даже если намеренно или вынужденно судебно-медицинские эксперты злоупотребляли кодами блока ПНН, часть случаев, по которым род смерти был установлен, не попадали в разработку статистических органов.
Здравствуйте, Vain, Вы писали:
VD>>Какие проблемы? У них тоже автоматическое оружие имеется. V>Обычные полицейские, те кто приезжает к гражданам по вызовам, как правило, без какого-то либо автоматического оружия, если нет веского повода.
Ну а тут-то веский будет же. Обычные патрули и с калашами ходят, и с кедрами.
Здравствуйте, bzig, Вы писали:
B>Так я посмотрел, теперь ты посмотри статью, а не только графики. B>Цитаты
Суть этих цитат: нутром чую, что-то тут не чисто. И что ты будешь делать с этим чутьём? Пойдёшь по проторенному пути: если цифры не известны, рисуем любые?
Здравствуйте, bzig, Вы писали:
B>Так я посмотрел, теперь ты посмотри статью, а не только графики.
Было утверждение от Влада о том что количество убийств уменьшается. Ты его оспорил тем, что количество зарегистрированных убийств действительно снижается, но есть в статистике странный пункт о причинении повреждений с неопределенными намерениями и с его помощью можно исказить статистику статистику. Тогда был задан вопрос, а что же там с этим странным пунктом о ПНН, как он меняется со временем? Ничего определенного ты не ответил. Тогда пришлось найти статью в которой действительно говорится о том, что это странный пункт и на достоверность статистики он плохо влияет, о чем собственно приведенные тобой цитаты. Тем не менее из той же статьи можно видеть, что в абсолютных значениях снижается (был некоторый рост в 0-х, но до пика 90-х он не дотянул) и численность умерших от ПНН. То есть как ни крути, но верно первоначальное утверждение о том, что количество насильственных смертей уменьшается.
