До 2011 года я и не помышлял о программировании.
А в 2011 году (мне было 58 лет) меня позвал знакомы физик в соседний универ.
Я там по совместительству у него на кафедре преподавал С++ (тоже имело последствия... )
И ему потребовался программист на С++ для писания программ моделирования перколяционных процессов.
Я его, естественно, спросил: почему молодых не привлекаешь ?
Он и ответил, что у них недостаточная квалификация, чтобы порешать нужные ему задачи.

Ладно, стал у него работать.
Он, как законопослушный товарищ, исполнял указы Путина.
По какому-то там указу работа в науке и преподавании должна быть в 2 раза выше средней по региону.
Вот он мне и платил на полставки среднюю по Астраханской области...

Мы с ним сотрудничали 7 лет — до 2018 года.
Я писал прогу по его постановке.
Писал в Студии на чисто стандартном С++ (от Студии-2010 до Студии-2017).
Потом переносил в МинГВ — тоже в винде.
Потом уже в его лаборатории переносили все на Линукс.

Прога выдавала нужные ему данные.
Он эти данные загонял в какую-то математическую прогу типа матлаб и получал там нужные графики и т.п.
Потом писал статью на английском со своими графиками.
И публиковал в Physical Review или где-то еще.
В соавторы включал меня и еще некоторых товарищей. Например, из Франции, которые тоже занимались перколяционными процессами.

В общем, совместно мы опубликовали 11 статей в SCOPUS & WoS.
За нашими статьями следили в мире.
Когда однажды он сделал неверную постановку, прога моя выдала очень интересные результаты.
По этим результатам он написал статью.
Тут же ему "прилетело" из Индии и Аргентины, что у него неправильная постановка задачи.
Поправили. Получили нормальные результаты.

Для меня эта работа была интересна тем, что пришлось выжимать из С++ все, что можно.
Большие матрицы (на моем 32-битном ASER'e мне удалось достать до размера 40000*40000 элементов) заполняются очень специфическим образом.
И в процессе заполнения надо искать путь от одного края до другого.
И выявлять момент, когда такой путь появился.

Один раз это выполнить — нефиг делать.
Но проблема в том, что заполнение делается случайным образом и требуетсЯ усреднение.
Поэтому надо гонять не менее 1000 раз.
И если у вас один прогон занимает минуту, то придется ждать 1000 минут для получения результатов.
Вот я и выжимал из С++ все, что мог выжать.

В общем, интересная была работа.
В 2013 году случился мой юбилей — 60 лет.
Поздравляли официально в универе.
Мне повезло — я успел уйти на пенсию в 60 лет.
Только в 2015 году стали пенсионный возраст увеличивать.

Увольняться я не собирался, поэтому стал просто получать дополнительные деньги.
Но в 2018 году мне стало 65 лет.
И стало тяжеловато совмещать 1.5 ставки на кафедре и работу программистом в лаборатории.
Поэтому я вместо себя отправил туда одного из своих выпускников.
И он там так и работает по сию пору.

До 2011 года я и не помышлял о программировании.
А в 2011 году (мне было 58 лет) меня позвал знакомы физик в соседний универ.
Я там по совместительству у него на кафедре преподавал С++ (тоже имело последствия... )
И ему потребовался программист на С++ для писания программ моделирования перколяционных процессов.
Я его, естественно, спросил: почему молодых не привлекаешь ?
Он и ответил, что у них недостаточная квалификация, чтобы порешать нужные ему задачи.

Ладно, стал у него работать.
Он, как законопослушный товарищ, исполнял указы Путина.
По какому-то там указу работа в науке и преподавании должна быть в 2 раза выше средней по региону.
Вот он мне и платил на полставки среднюю по Астраханской области...

Мы с ним сотрудничали 7 лет — до 2018 года.
Я писал прогу по его постановке.
Писал в Студии на чисто стандартном С++ (от Студии-2010 до Студии-2017).
Потом переносил в МинГВ — тоже в винде.
Потом уже в его лаборатории переносили все на Линукс.

Прога выдавала нужные ему данные.
Он эти данные загонял в какую-то математическую прогу типа матлаб и получал там нужные графики и т.п.
Потом писал статью на английском со своими графиками.
И публиковал в Physical Review или где-то еще.
В соавторы включал меня и еще некоторых товарищей. Например, из Франции, которые тоже занимались перколяционными процессами.

В общем, совместно мы опубликовали 11 статей в SCOPUS & WoS.
За нашими статьями следили в мире.
Когда однажды он сделал неверную постановку, прога моя выдала очень интересные результаты.
По этим результатам он написал статью.
Тут же ему "прилетело" из Индии и Аргентины, что у него неправильная постановка задачи.
Поправили. Получили нормальные результаты.

Для меня эта работа была интересна тем, что пришлось выжимать из С++ все, что можно.
Большие матрицы (на моем 32-битном ASER'e мне удалось достать до размера 40000*40000 элементов) заполняются очень специфическим образом.
И в процессе заполнения надо искать путь от одного края до другого.
И выявлять момент, когда такой путь появился.

Один раз это выполнить — нефиг делать.
Но проблема в том, что заполнение делается случайным образом и требуетсЯ усреднение.
Поэтому надо гонять не менее 1000 раз.
И если у вас один прогон занимает минуту, то придется ждать 1000 минут для получения результатов.
Вот я и выжимал из С++ все, что мог выжать.

В общем, интересная была работа.
В 2013 году случился мой юбилей — 60 лет.
Поздравляли официально в универе.
Мне повезло — я успел уйти на пенсию в 60 лет.
Только в 2015 году стали пенсионный возраст увеличивать.

Увольняться я не собирался, поэтому стал просто получать дополнительные деньги.
Но в 2018 году мне стало 65 лет.
И стало тяжеловато совмещать 1.5 ставки на кафедре и работу программистом в лаборатории.
Поэтому я вместо себя отправил туда одного из своих выпускников.
И он там так и работает по сию пору.