Примерно каждый Четвертый житель России, каждый Пятый гражданин
страны Израиль, каждый 7-ой читающий молодой человек Канады и,
безусловно, каждая Девятая девушка из Австралии — совершенно
определенно знают, что, кроме обычных и давно открытых океанов,
окружающих континенты, существует еще один, менее известный, но по
своим масштабам гораздо более значительный и коварный, чем, например,
Тихий и Индийский вместе взятые. Коварность и значительность этого
Океана объясняется, прежде всего, тем, что его никаким образом
невозможно пересечь. Причем, пересечь его нельзя не только
практически, но и теоретически. Тем, кто до сих пор в этом
сомневается, приходится ежедневно делать вид, что они этого Океана
просто не замечают, или же последний их совершенно не интересует.
Пункт 26 Непальской Тантры Удачи гласит: "Читайте больше книг и
смотрите меньше TV". Однако, some years ago, один исключительно
известный Директор не менее исключительного и известного Российского
телеканала в одном своем известном интервью одной известной и
исключительной газете, взял, да и прямо заявил, что книг, мол, читать
совершенно не следует, и что он, Он (!) безумно сожалеет о том
исключительно ужасном периоде своей жизни, когда они (Книги) входили в
круг Его интересов и безвозвратно изъяли из его жизни столь чудовищно
много Полезного Времени. (Исключительно, конечно, полезного и
Исключительно безвозвратно).
Но не будем загружаться примерами из жизни людей важных и
замечательных, а попробуем окунуться прямо в Центр Субуксии. Тем
более, что сделать это довольно просто, поскольку одним из главных и
отличительных свойств этого Океана является то, что человек,
оказавшись в нем — куда бы он не нырнул или откуда не вынырнул —
непременно окажется в Центре, Центре мнений и событий, которые подобно
различным течениям и потокам, находящимся в непрерывном движении,
постоянно меняют свое направление, друг с другом сталкиваясь и
распадаясь на множество течений мелких или образуя новые, еще более
мощные и непредсказуемые.
Не станем терять времени и прислушаемся к первому попавшемуся
потоку, а если быть точнее — разговору о книгоднях и днях для книг, а
также людях для книг, книгах для людей, людях внутри книг, книгах
вокруг людей и, конечно, людях вокруг книг.
Итак, Once upon a time Maxim Heifetz said: "Я разделил 366 [Дней в
году] на 200 [Книг] и получил ~1.8. Это означает, что средняя скорость
чтения книг — 1.8 кн/сутки. Польза от такого чтения мне кажется весьма
сомнительной".
На что уважаемый Konstantin Grishin answered так: "Hеправильно
поделил 
Получается 1,8 суток на книгу. Что, на мой взгляд, вполне
нормально. Скорости восприятия у всех разные.. я вот за сегодня три
романа Буджолд прочитать успел А человека, который читает книгу
больше трех дней, если ему не мешает это делать работа, у меня сильное
искушение назвать тормозом... 
".
Данные две точки зрения случились из цепочки высказываний и
утверждений, которые, в некотором роде, тоже Точки, но в большей
степени зрительные и наблюдательные, нежели претендующие что-либо
объяснить или конкретизировать. Так или иначе, все эти мнения и
замечания достойны повышенного внимания и служат весьма подходящим
поводом для очень даже небесполезных размышлений, поскольку речь идет
о Книгах и о том — Как, Почему и Сколько их надо (или напротив, не
следует) читать.
Создадим еще одну точку зрения. Например, такую:
"Какой бы расклад не взять — 1,8 суткокниг или 1,8 книгосуток в год
— в том и другом случае человеческий организм будет просто обязан
принять соответствующие меры против его носителя".
Okay. Мнение высказано и с ним можно начать спорить и не
соглашаться. Но сперва попытаемся наполнить его смыслом — по
возможности здравым, но не до такой степени, чтобы сделать дальнейший
текст утомительным и вконец нечитабельным.
Попробуем представить человека, кушающего, скажем, 18 раз в сутки.
Пусть, например, он 4 раза завтракает, а в остальное время ужинает,
полдничает и обедает, ну а во время более остальное — подкрепляется
различными БигМаками, ХотДогами, Mars'ами, Snickers'ами или просто
хрустит чипсами или щелкает семечками. Особо отметим, что питается он
так ни в коем случае не по принуждению, а совершенно добровольно и по
собственному желанию. И поскольку аналогия проводится с полноценными
изданиями, а не отдельными литературными произведениями, то, вероятно,
следует сопоставить количество страниц, соответствующих современной
средне- статистической книге, и духовную их насыщенность — с
калорийностью и питательностью блюд, а также их органолептическими
(вкусовыми) свойствами, предположив изобилие и богатый ассортимент
того и другого компонента, в этой аналогии участвующего.
Иными словами — речь идет не о постукивании игрушечными вилками о
дно майонезных баночек в МакДональдсе или прочих пунктах скоростного
питания, а о добросовестном поедании Разнообразных, Вкусных и Полезных
блюд из Разнообразных, Вкусных и Полезных пищевых продуктов.
Последствия этого эксперимента прогнозировать весьма возможно и до
известной степени необходимо, с целью уберечь от книгоедства лиц к
чтению предрасположенных и обладающих повышенной степенью риска быть в
этот процесс вовлеченными (зараженными).
Сделаем простой и необходимый шаг — переведем слово "читать" на
один из других языков. Например, по-английски это будет "read". Теперь
возвратим его обратно в русский. Мы обнаружим, что действие "читать"
(read) имеет значение не только "гласить и показывать", но и
"ПОНИМАТЬ, ИЗУЧАТЬ и РАЗГАДЫВАТЬ".
Давайте теперь поинтересуемся у человека, уже несколько лет
питающегося 18 раз в сутки, (ведь, на первый взгляд, может показаться,
что он разбирается в пище лучше кого-либо другого), — какие завтраки,
ужины или обеды ему понравились ОСОБЕННО или вспоминаются наиболее
ЯРКО. Вполне допустимо, что наш герой будет способен перечислить
названия и внешний вид всевозможных супов, салатов, подливок, десертов
и прочих шедевров кулинарного искусства. Не исключено, что он даже
детально вспомнит и наизусть процитирует меню прошлого обеда, а также
научит окружающих, как по форме и цвету отличить перепелиные яйца от
испанских Olivas rellenas de anchoa (чем вызовет, наверняка, восторг и
восхищение у определенной части присутствующих).
Однако его вкусовые рецепторы уже перестали посылать правильные
сигналы в центры вкусовосприятия, его желудок приспособился
функционировать, отсылая принятое, по большей части, обратно в
пищевод, а кишечник заставляет весьма погрустневшее от такой жизни
тело курсировать к устройству модели "унитаз" гораздо чаще, нежели к
обеденному столу, на котором несчастливая и недоеденная отечественная
курица с прошлой трапезы соседствует с полным жизни и энергетических
калорий салатом из креветок и, допустим, тарелкой пельменей из трапезы
будущей.
Обратите, пожалуйста, внимание, что в предыдущем предложении не
указано конкретно — с какими именно пельменями предстоит ознакомиться
этому удивительному и целеустремленному человеку. Дело в том, что я
сам еще не решил, какой фарш использовался для их приготовления, и
если спросить об этом Его Едящее Величество, то, скорее всего, оно,
раздраженно ответит, что Ему (Ея) уже совершенно фиолетово,
крокодилово и электролампово, какие они (пельмени) изнутри — куриные,
рыбные или мясные, поскольку такая активная, до предела "насыщенная"
жизнь не оставляет ему ни времени, ни сил для концентрации своего
Драгоценного Внимания на такие несущественные "детали" и "мелочи", а
тем более на их обдумывание. ЧтО его по-настоящему интересует, так
это, прежде всего, сам процесс еды и ее объем, нежели "пустой треп" и
"бесполезные" рассуждения о внутреннем содержании котлет, пирожных или
любых других отдельно взятых блюдах и продуктах, как не интересуют его
и люди, эти блюда придумавшие и изготовившие.
И это есть хорошо, если мы получим такой исчерпывающий и
обстоятельный ответ, поскольку еще через несколько лет, наш
активнопитающийся друг, на любое к нему обращение, будет реагировать
"сквозь пищу" какой-нибудь невразумительной фразой типа "Knorr —
вкусен и скорр" или другими шаблонистыми изречизмами, которые его мозг
все-таки умудрился заучить от частого их в него (мозг) попадания.
Самым же примечательным и забавным окажется факт, что та,
восхищающаяся часть публики, будет продолжать искать и видеть в этих
высказываниях глубокий Смысл и зашифрованную Мудрость. Остальным же
людям остается только надеяться, что в голову этого человека никогда
не придет мысль заделаться Поваром и заняться изготовлением блюд на
основе своего опыта и знаний.
---
Говоря о скорости восприятия и о скорости чтения, весьма допустимо
предположить, что для каждой Книги, как и для каждой Дороги (будь она
современным шоссе, железнодорожной линией или петляющей полоской
сельской грунтовки), существует своя скорость ее Строительства
(написания) и скорость рекомендуемого движения, т. е. чтения и
восприятия. Исходя из этого, еще более допустимо предположение о том,
что Начало Книги и ее заключительные страницы — есть, своего рода,
Начало Путешествия и его Окончание. А если это предположение
принимается, то любая Книга, как и любое уважающее себя Путешествие,
требуют от читателя (или Путешественника) разных средств передвижения.
Таким образом, движение по книге может осуществляться пешком,
спортивным шагом, спринтерским или марафонским бегом, на роликовых
коньках, при помощи велосипеда, мотоцикла, личного автомобиля, а также
всеми остальными видами транспорта, включая общественные.
От выбора средства передвижения и его Скорости зависит чрезвычайно
много. Так, например, скорость пешехода (примерно 5-7 км/час) или
велосипедиста (10-15 км/час) позволяет Читателю увидеть и запомнить
множество небесполезных (а иногда и просто необходимых) деталей и
подробностей, без которых некоторые Путешествия окажутся просто
неудачными прогулками, в Дневнике которых будут запечатлены только
имена участников и Пункты их Отбытия и Прибытия.
Надо сказать, что, к счастью, большинство писателей используют
именно эту скорость, поскольку данный способ передвижения позволяет
Путешественнику не только наблюдать происходящие события, но и
понимать их, а также принимать в них непосредственное участие. Это не
означает, что талантливый писатель не может строить свое произведение
со скоростью более высокой и использовать ее по мере надобности.
Просто высокая скорость повествования и восприятия не оставляет
времени внимательно выслушать встречающихся в пути людей, не говоря
уже о том, чтобы успеть подружиться с ними или составить о них
какое-нибудь мнение.
Передвигаясь на автомобиле со скоростью 60 км/час, Читатель имеет
возможность увидеть гораздо больше своего коллеги на велосипеде или
путешествующего верхом на лошади. Однако впечатления от увиденного и
эмоциональные цвета и оттенки этих впечатлений будут совершенно
различными. Человек, прочитавший "Властелина колец" из окна
автомашины, будет убеждать нас, что Толкиен пишет о приключениях
выдуманных им средневековых Хоббитов, Гномов и Эльфов. Человек,
путешествующий без машины увидит, что в книгах Толкиена говорится о
вполне земных и очень даже людских проблемах, которые нельзя понять,
не попытавшись понять самых, что ни на есть реальных людей, в том
числе и из реального средневековья. За каждой главой его трилогии
стоят люди. С их мудростью и предрассудками, страхами и надеждами,
победами и поражениями. Характеры героев не выдуманы извне — они
шлифовались веками в процессе многочисленных пересказов и переводов. И
это обстоятельство делает опыт, приобретенный от вдумчивого и
неспешного прочтения этой книги, гораздо более ценным, чем равное по
скорости штудирование самого последнего и самого толстого учебника по
психологии.
Иными словами, человек из автомобиля успел рассмотреть только
обрывки нот и названий, тут же смешавшиеся в его голове с дорожными
знаками и цифрами на спидометре, лишив себя возможности услышать
цельное звучание этого произведения. В отличие от пешехода, он не смог
оценить уникальность работы, проделанной Толкиеном, который, используя
свои знания и высочайшее мастерство рассказчика, поведал удивительно
искреннюю и добрую историю, позволяющую людям не терять веры в нечто
несоизмеримо большее, чем в социальный дарвинизм или одну из религий,
которая до сих пор не способна разобраться с датами празднования своих
основных событий, включая Рождение Главного Героя и его Воскрешение.
Вряд ли в сознании автомобилиста отложился образ старого и доброго
рассказчика у костра или камина, вокруг которого расположились самые
разные люди, уставшие от череды длинных и тяжелых будней. Еще более
сомнительно, что его уши услышали голос этого рассказчика. Его глаза,
прикованные к дорожной разметке, просто не могли заметить, как оживают
детским восторгом глаза следящих за рассказом людей, как они смеются,
переспрашивают и кивают головами, что, мол, этого ну никак не может
быть, но все равно это о-ох, как здорово и складно. И жить дальше этим
людям становится чуть лучше и радостнее.
