Здравствуйте, Marduk, Вы писали:

M>Здравствуйте, Jester, Вы писали:


J>>>> Исключениями являлись про-польские движения, которые создавали миф об "исконности Украины", а поэтому старались насадить культуру, отличную от общерусской, на территориях Руси, отвоеванных Россией у Речи Посполитой.
M>>>Примеры? Или это из разряда "... не мешки ворочать?"

M>А тут ничего удивительного. Практика "Разделяй и властвуй". Не стоит забывать, что на западной Украине "достаточно много" украинцев. Естественно,
M>в политических целях Австро-Венгрии выгодно было использовать и этнический аспект в противостоянии с Россией. Та же "польская национальная идея"
M>украинцев мало привлекала (не поляки все-таки), поэтому надо было выработать украинскую национальную идею. Плюс ко всему где-то в этот промежуток времени в России действовали цензурные ограничения на украинскую литературу, чем решини и воспользоваться, показав украинцам, что в Австро-Венгрии
M>таких ограничений нет и
J>>Так Галиция становилась очагом политического украинофильства с ярко выраженной антирусской направленностью.

Так-то оно так, но до польских разделов русские, проживавшие на территории Малой, Белой и Червонной Руси не догадывались, что они, оказывается, "украинцы".

J>>В начале 70-х годов XIX в. в Галиции, наряду с этим украинофильством — порождением польско-австрийской политики, возникает иное украинофильское течение, проникнутое идеями социализма, получившее название радикального. Появилось оно под влиянием российского украинофила М.Драгоманова, посетившего в то время Галицию, а наиболее известными представителями радикального направления стали Иван Франко и Михаил Павлык. Подобные идеи распространялись тогда и среди украинофилов в России.

M>Это не более чем политические идеи. На то время Галиция стала своего рода "оазисом" для украинской литературы, поэтому туда приезжали те, кто хотел
M>писать на украинском языке, но не получал возможность это осуществлять в Росии. Более того, если рассмотреть того же Драгоманова или тем более Франка,
M>то они только в отдельных статьях указывали на то, что в России украинский язык подавляется. В основном же, в частности Иван Франко, рассматривали
M>те или иные идеи с точки зрения пользы для украинской литературы (то есть занимались непосредственно литературой). Иван Франко вошел в историю украинской литературы как ведущий критик, непререкаемый авторитет украинской критической мысли, на него всегда ссылаются при рассмотрении литературных произведений, которые он рассматривал. Практически
M>любое мало-мальски стоящее литературное произведение прошло через его критику. И все рассматривалось с точки зрения полезности для украинской литературы.

Галиция стала не оазисом для украинской литературы (поскольку произведения изящной словесности в России не запрещали, по крайней мере, не запрещали надолго), а оазисом для инсургентов, замысливших разделить Русь Великую и Малую. В качестве примера напомню, что один только шевченковский "Кобзарь" переиздавался до конца 19 века раз пять. К тому же, еще раз напомню, что продвигаемый в массы галицийский вариант украинского был не похож на исконный малороссийский говор, стало быть, являлся искусственным образованием. А образован он был так, чтобы максимально отличаться от русского.


M>В общем, это доказывает лишь то, что украинский язык был использован Автро-Венгрией как одна из карт для дестабилизации обстановки в Российской
M>империи. Создавались благоприятные условия для развития украинской литературы, с целью привлечь на свою сторону украинскую интеллигенцию, да и
M>простых горожан на своей территории возможностью реализации своих языковых прав. Более того, таким ходом можно было привлечь на свою сторону
M>и украинцев с территории потенциального противника. Такая идея не воплощалась самостоятельно, в Российской империи было недовольство и правовой
M>системой, например. Откуда ж террористические движения взялись. То есть предоставление возможности развивать свою национальную культуру — это
M>только один из многих ходов. Более того это только подтверждает, что украинский язык уже существовал и был востребован. А утверждение, что

В том то вся и проблема, что "развитие" проводилось антироссийскими силами, а не самими носителями малороссийского/украинского языка. И ничего это не доказывает, потому как в основном, в Малороссии пользовались русским языком:

В конце 70-х годов XIX в. М.Драгоманов с группой украинских эмигрантов решил издавать в Женеве украинский журнал "Громада". В окружении Драгоманова собрались "горячие украинцы, даже националисты", к тому же это была не зеленая молодежь, а люди довольно зрелые и образованные.

"І що ж? Як тілько прийшло до рахунку праць для перших книг "Громади", зараз же почулись голоси, щоб допустити писаня не тілько на украінскій мові, але й на російскій."

["И что же? Как только стали считать работы для первых книг "Громады", сразу же послышались голоса, чтобы допустить написанное не только на украинском языке, но и на русском."]

С точки зрения текущих интересов издания это было бы наилучшим, но М.Драгоманов поставил дело принципиально, между прочим и для того, чтобы испытать искренность и энергию сторонников "Громады", и настоял на том, чтобы "Громада" печаталась вся по-украински.

"Послідком було те, що 10 з 12-ти головних сотрудників "Громади" не написали в неі ні одного слова, і навіть замітки против мого "космополітизму" були мені прислані одним украінофілом — по московскому! З двох десятків людей, котрі обіцяли працювати для "Громади", між котрими деякі кричали що треба "пімститись" урядові за заборону украінского письменства в Росіі, зісталось при "Громаді" тілько 4."

["Последствием было то, что 10 из 12-ти главных сотрудников "Громады" не написали в нее ни одного слова, и даже заметки против моего "космополитизма" были мне присланы одним украинофилом — по-московскому! Из двух десятков людей, которые обещали работать для "Громады", среди которых некоторые кричали, что надо "отомстить" правительству за запрет украинской литературы в России, осталось при "Громаде" только 4."]

Драгоманов соглашался с тем, что язык женевско-украинских изданий можно было по праву назвать "варварским".

"Инакше не могло бути, бо нам зразу прийшлось заговорити по украінскому про сотні річей з світу науки, політики, культури, про котрі по украінскому не говорив ніхто ні в Росіі, ні навіть в Галичині, де були університетскі катедри з "руским" викладом.

По правді треба сказати, що ми потратили страшенну працю майже за дурно: нас не читали навіть найближчі товариші. За ввесь час женевских видань я получав від найгорячіщих украінолюбців раду писати по украінскому тілько про спеціяльно-краєві справи (домашній обиходъ)! а все загальне писати по російскому."

["Иначе не могло быть, потому что нам сразу пришлось заговорить по-украински про сотни вещей из мира науки, политики, культуры, про которые по-украински не говорил никто ни в России, ни даже в Галичине, где были университетские кафедры с "руским" [в смысле "украинским", — Л.С.] преподаванием.

По правде надо сказать, что мы потратили страшный труд почти напрасно: нас не читали даже ближайшие товарищи. За все время женевских изданий я получал от самых горячих украинолюбцев совет писать по-украински только про специально-краевые дела (домашний обиход)! а все общее писать по-русски."]

M>австрийцы создавали миф об "исконности Украины", а поэтому старались насадить культуру, отличную от общерусской, на территориях Руси, отвоеванных Россией у Речи Посполитой неверно потому, что никакой культуры не насаждалось. Все сводилось к предоставлению свобод. Н
M>Никаких признаков выработки нового языка не было. Ведь для этого нужно выработать:
M>1) новый словарь — Франко за составление словаря брался, но не факт, что именно для этих целей, так как этот человек в принципе брался за все.

Перечитай три последних абзаца из приведенной чуть выше цитаты. Как раз новый словарь вовсю создавался, тем же Драгомановым.

M>2) новую грамматику — в это время никаких работ в этом направлении не было

Опять врешь.

Наиболее известным стало правописание, предложенное в середине 50-х гг. XIX в. П.Кулишем, которое называлось фонетическим. Кулиш мотивировал свое изобретение стремлением облегчить обучение простого народа грамоте. Однако новым правописанием незамедлительно воспользовались поляки в своих политических целях. Сам П.Кулиш так писал об этом в 1866 г.: "...я придумал упрошенное правописание. Но из него теперь делают политическое знамя. Полякам приятно, что не все русские пишут одинаково по-русски; они в последнее время особенно принялись хвалить мою выдумку: они основывают на ней свои вздорные планы, и потому готовы льстить даже такому своему противнику как я. [...] Видя это знамя в неприятельских руках, я первый на него ударю и отрекусь от своего правописания во имя Русского единства".

M>3) открыть новые школы — школы открывались, так как нужно было как-то бороться с безграмотностью да и увеличивать уровень грамотности среди украинцев, но опять же это вне темы.

Да, но этим пользовались и украинофильские элементы:

Так, например, в 1886 г. известный галицкий украинофил Омелян Огоновский выпустил в числе изданий общества "Просвіта" брошюру о Маркиане Шашкевиче с подзаголовком "Читанка для селян и м(щанъ". Однако тема о М.Шашкевиче послужила автору брошюры лишь прикрытием для публикации пропагандистских материалов, предназначенных "просвещать" селян и мещан в украинофильском духе

M>Итого получается, что искуственного создания украинского языка не было.

Итого получается, что было

M>Более того, дополняя идею о том, что украинский язык не делали поляки, следует упомянуть, что Шевченко к полонизации украинцев никакого отношения не имеет. Также не вписывается в эту картину Евгений Гребинка, который жил примерно в одно время с Шевченко. Он даже помогал с издательством украинских
M>произведений в Петербурге.

Малороссийский диалект существовал, но, как я уже цитировал выше,

В Германии не стали развивать местные диалекты в самостоятельные языки, ибо немцы понимали необходимость единого литературного языка как фактора, объединяющего всю страну; и это при том, что диалекты немецкого языка обладали значительно большими различиями, чем диалекты языка русского, на основе которых впоследствии все-таки создали три отдельных языка. Как отмечено в "Большой Советской Энциклопедии" (2-е издание) в статье "Диалект": "Например, такие современные языки как русский, украинский, белорусский по своему грамматическому строю и основному словарному фонду значительно ближе друг к другу, чем, например, диалекты немецкого языка, и тем не менее первые образуют разные языки, а вторые остаются диалектами одного языка."

Подобные же меры практиковались в XIX в. и во Франции по отношению к местным провинциальным диалектам, несмотря на то, что, к примеру, на провансальском диалекте имелась своя литература, на нем писал талантливый поэт Мистраль