Здравствуйте, Евгений Музыченко, Вы писали:

ЕМ>Современная философия ничего не изучает — она лишь рассуждает, пользуясь для этого исключительно конструкциями естественного (нестрогого) языка, которые практически всегда допускают как неоднозначность, так и скрытое противоречие (вспомните известные парадоксы цирюльника, лжеца и т.п.). Как только рассуждение переходит на строгий формальный язык, на котором даются определения, устанавливаются зависимости и строятся доказательства, вопрос немедленно переходит в сферу ведения той или иной науки.
Те парадоксы которые ты привел — это сугубо математические парадоксы теории множеств и логики.

ЕМ>Все, что в этой области удалось объективизировать и формализовать, давно перешло в соответствующие науки. Осталось то, о чем можно лишь просто поговорить, без малейшего шанса разграничить истину и ложь, факт и иллюзию.
Как можно самого себя объективизировать? Или объективизировать свою смерть? Это нонсенс.

ЕМ>Наука работает только с тем, что удалось формализовать. Например, в обществе есть понятие о справедливости, но невозможно определить это понятие для всех без исключения, как понятия скорости, температуры или проводимости. Поэтому все, что наука может в этом случае — это изучить эволюцию понятия справедливости во времени и пространстве, выявить какие-то корреляции со структурой общества, культурой, религией и т.п. Тем, что осталось, занимается философия, но она гарантированно неспособна изменить количество справедливости в мире.
Наука не может работать. Наука это миф. Соглашение между людьми о ее существовании. Точно также как и справедливость. Но в действительности, справедливость для всех — это полный нонсенс. Такого не может быть, это неопределимо с точки зрения философии, но достаточно для науки. В то же время, справедливость для меня сейчас, это существует, и корректно с точки зрения философии конечно с условием дискретности времени. Но это совсем не для науки.

GZ>>Единственное условие философии для отличия от бреда — наукообразность.
ЕМ>Именно "-образность". То есть, паразитирование на реальных науках, которые способны отвечать на вопросы и давать прогнозы.
Ну давай посмотрим финт наоборот, что дала лингвистика для философии. Буду очень кратко, только для понимания. Язык — это две вещи, означающее и означаемое. Означающее — это строка символов, звуков, или любой знак, с помощью которого человек кодирует. Означаемое — то что мы называем этим словом, знаком и т.д. Естественный вопрос, как соотносится предмет реального мира и означающее. Рассмотрим означающее лошадь. Что может быть означаемым? Это может быть лошадь которая ржет, с хвостом и бегает в забегах. Это одно означаемое. Или это может быть лошадь в шахматах, у которой есть некий вид, и которое ходит буквой "Г". Но оно вообще может не выглядеть как лошадь, а просто обозначаться бумажкой, фигурку потеряли. Да и это не все. Мы можем вообще подразумевать что там есть абстрактная лошадь, но ее нет. И получается, что язык, а следовательно мышление, не соотносится с реальным миром от слова никак. Мы живем в зоне своего абстрактного мышления. И это касается науки в том числе.

GZ>>Например, рационально и логично описывать иррациональное.
ЕМ>Можно пример такого описания?
Создавать ядерную бомбу для человечества — иррационально.

ЕМ>Набор мифов — это как раз прежде всего философия. Реальная наука отвечает за любое свое утверждение, предлагая процедуру верификации (и зачастую не одну). Большая часть "мифов от науки" создается ее безграмотными интерпретаторами ("ученый изнасиловал журналиста").
Нет. Верификация уже давно не катит. Если у тебя один и тот же предмет упал миллион раз, это достаточно условие чтобы он так же упал в миллион первый? Сама по себе наука уже не утверждает абсолютные истины. Все научные истины — это истины пока их не опровергли. Ученые это не человек, который верит в истину, это прежде всего человек, который сомневается в истине. То что ты говоришь, это вера в науку, и она сама антинаучна.

М>Фишка в том, что на случай влетания нейтрино из космоса в арбуз наука имеет вполне конкретные и проверяемые уравнения и методы их проверки. А философия не имеет и этого, поэтому и может лишь глубокомысленно рассуждать о таких вещах.
Нет. Ты не можешь сказать попадет нейтрино или нет. Даже целый институт может написать кучу формул, рассказать о вероятности, но ни разу не можешь сказать один, единственный факт. Влетит или нет.

ЕМ>Оно умерло исключительно потому, что автор не успел перевести его в объективную форму. Кстати, нет оснований полагать, что Ферма построил полное и строгое доказательство. То, что нынешнее доказательство очень сложно, скорее всего, означает, что и Ферма доказал теорему только для частных случаев, или упустил какую-то особенность, но не заметил этого. А куда денется современное доказательство, когда умрут все, кто его построил в 90-х?
Я не знаю. Может быть его опровергнут. А может нет. Все что остается — это только верить что оно существует, и то что оно правильное. Либо считать его бессмысленным.

ЕМ>Может, когда-то и уничтожит. А может, и не уничтожит. Это все из разряда вероятностей и предположений. А вот то, что во имя созданных философами и не осязаемых органами чувств понятий "добра", "справедливости", "веры" и т.п., люди достоверно уничтожили сотни миллионов себе подобных — факт. Ни одна наука не оказала на человечество столь разрушительного влияния, как абстрактная философия и ее непосредственный продукт — религия.
Что значит философами? Нацисткая рациональность о расах вполне доказательна, и объявлялась как очень научной, собственно как научный коммунизм. Это позже их обоих обвинили в ненаучности. А в их время, в нацисткой Германии, велись плотные научные разработки этой теории.